fontz.jpg (12805 bytes)

Home ]

 

Есть ли конец поискам правды
и обличениям лжи?

В продолжающемся уже многие годы "дискуссиям" среди историков и любителей истории о событиях 30-х и начала 40-х годов ХХ века каждая новая работа известного ученого, видимо, должна обратить на себя определенное внимание. Если не сказать – "пристальное". Ибо "консенсус" среди участников этого процесса до сих пор не наблюдается. На выход сборников "Правда Виктора Суворова" начали издавать сборники "Неправда Виктора Суворова". Второй из них открывается статьей Михаила Ивановича МЕЛЬТЮХОВА "ГЛАВНАЯ ЛОЖЬ ВИКТОРА СУВОРОВА".

Статья большая, как бы богато подкреплена цитатами (72 страницы плюс 10 страниц – список источников). И название где-то многообещающее. С как бы намеком на "окончательное" наконец-то "изобличение" "вранья" известного автора. Но так ли это? Разве Михаил МЕЛЬТЮХОВ действительно "окончательно" и совершенно точно все выяснил? И разве есть надежда, что теперь-то уже никаких "проклятых вопросов" не возникнет?

Говорят, надежда умирает последней.

Если статью Мельтюхова читать внимательно, то первый вопрос может возникнуть уже при чтении первого даже не абзаца, а предложения:

С конца 1980-х годов военно-политические события кануна Великой Отечественной войны стали объектом оживленной дискуссии в отечественной историографии, в ходе которой в научный оборот было введено большое количество новых еще недавно секретных документов, появилось немало исследований, более объективно освещающих этот период отечественной истории. [с. 5]

Не знаю, как у кого, а например, у меня, к этому предложению есть вопрос. Причем, даже не один. Извините, с 1941 года до "конца 1980-х" прошло около 40 ЛЕТ !!! А это большой срок! В сумме около 14 с половиной тысяч дней! За это время родившийся человек должен вырасти, окончить школу, получить профессию и отработать половину трудового стажа до пенсии. А окончившие институты, могут защитить не только кандидатскую, но и докторскую диссертации. И это для нового поколения. А ведь должны были быть и люди, которые к 1950-му году уже успели окончить школу и институт. И неужели за все это время большое количество профессиональных историков разных поколений так и не смогло ЕДИНООБРАЗНО и ОДНОЗНАЧНО ПОНЯТНО изложить эти самые "события кануна Великой Отечественной войны"? Что-то мешало? А что могло помешать РАССЕКРЕТИТЬ ВСЕ документы, которые касались рассматриваемого периода? Хотя, конечно, можно заметить, что у государства могут оказаться некие обстоятельства, из-за которых повсеместное рассекречивание допустить нельзя. Но сам факт рассекречивания каких-то документов "с конца 1980-х годов" показывает, что некие "обстоятельства" все же были. Другими словами, наработанные объяснения "событий кануна Великой Отечественной войны" до "конца 1980-х годов" объяснялись как-то НЕ ТАК, как оно было на самом деле. Но почему тогда приходится удивляться появлению "альтернативных" объяснений?

Как "фальсификации"? Возможно (с одной стороны). А как же тогда назвать эти самые объяснения "событий кануна Великой Отечественной войны", которые до "конца 1980-х годов" объяснялись как-то НЕ ТАК? Не как "фальсификация"?

Итак, до "конца 1980-х годов военно-политические события кануна Великой Отечественной войны" были какими-то такими не совсем как бы однозначно понимаемыми, что именно "с конца 80-х годов" они почему-то "стали объектом оживленной дискуссии". А что в то время случилось? Почему вдруг имевшиеся объяснения перестали удовлетворять "общественность"? Наверно, здесь не имеет смысла напоминать, что именно в конце 80-х годов в СССР начали происходить "некоторые" политико-экономические события, которые в самом начале 90-х годов привели к политической ликвидации самой страны "СССР". И именно этот факт привел к возможности более подробно обратиться к "военно-политическим событиям кануна Великой Отечественной войны". И как же оценивает Мельтюхов "вновь открывшиеся обстоятельства"? Он отмечает: "Развернувшаяся дискуссия привела к выявлению новых архивных документов по проблемам участия Советского Союза в событиях кануна и начала Второй мировой войны, свидетельствующих, что советское руководство, конечно же, имело собственный взгляд на политическую ситуацию того периода и пыталось использовать ее в своих интересах. Появившиеся материалы и исследования показали, что традиционная официальная версия об исключительно оборонительных намерениях советского руководства становится все менее обоснованной и нуждается в существенной модернизации." (с. 5)

Итак, оказывается, что "до конца 1980-х годов" в СССР существовала некая "версия" "об исключительно оборонительных намерениях советского руководства". Другими словами, "до конца 1980-х годов" всем рассказывали, что СССР ни на кого нападать не собирался, а все его усилия были направлены исключительно на подготовку обороны от нападения сильнейшей армии. Но "та" армия все равно напала неожиданно, что и привело (вместе с рядом других причин) к страшным потерям. И вот "до конца 1980-х годов" такое объяснение благополучно кочевало из учебника в учебник, из книжки в книгу и вдруг "в конце 1980-х годов" оказалось, что это всего лишь "ВЕРСИЯ"!! Причем, которая "становится все менее обоснованной и нуждается в существенной модернизации." Что же новое должно быть добавлено в "версию"? На это Мельтюхов коротко указывает, "что советское руководство, конечно же, имело собственный взгляд на политическую ситуацию того периода и пыталось использовать ее в своих интересах." Другими словами, оказывается, что "до конца 1980-х годов" при объяснении произошедшего как бы совсем не принимали во внимание какие-то "взгляды советского руководства на политическую ситуацию того периода". И что же то были за "взгляды", упоминать которые было нежелательно? Почему потребовалось политическая смерть того самого "советского руководства", чтобы можно было их учитывать и обсуждать? Но тогда вполне становится понятным, что при жизни "советского руководства" (именно "до конца 1980-х годов") какие-то материалы были засекречены и их нельзя было учитывать. А вот "с конца 1980-х годов" и оказалось возможным обнародовать "большое количество новых еще недавно секретных документов".

Ситуация, конечно, интересная. Длительное время объяснялось одним образом, и вдруг возникли дискуссии (видимо, не без причины) о том, что в объяснении надо бы "кое-что" исправить (почему-то возникла нужда "в существенной модернизации"). Извините, но если "до того" объяснялось, что до июня 1941 СССР ни на кого нападать не собирался и готовился только к обороне и это почему-то оказалось не совсем правильно, то что же остается? Ведь кроме "обороны" в армии существует еще один принципиальный термин – "наступление" ("нападение"). Тогда в чем же были найдены проблемы?

Как оказывается, "с 1993 г. военно-политические проблемы кануна Великой Отечественной войны оказались в центре дискуссии, вызванной публикацией в России книг В. Суворова. Хотя эти работы написаны в жанре исторической публицистики и представляют собой некий "слоеный пирог", когда правда мешается с полуправдой и ложью, они довольно четко очертили круг наименее разработанных в историографии проблем. Вместе с тем следует отметить, что эти публикации органично вписались во все более обострявшуюся полемику относительно недавнего советского прошлого и были приняты "на ура" всеми "борцами с советским тоталитаризмом"". [с. 5-6]

Странно, "полуправда" и "ложь" книг В.Суворова почему-то "органично вписалась" в процесс дискуссии по "наименее разработанным в историографии проблемам". Причем, эта "полуправда" и "ложь" каким-то образом просуществовала долгие годы и продолжает оставаться таковой, что "некоторым" не нравится и им почему-то до сих пор приходится с ней "бороться".

Опять идут ГОДЫ, а "наименее разработанные в историографии проблемы" почему-то никак не заканчиваются! Ну кто мешает эти самые "проблемы""хорошенько разработать"? Что-то препятствует? И в чем заключается? В существовании "вранья" В.Суворова? Чего же он такого "наврал"? Мельтюхов объясняет: "главными тезисами, которые пытался "доказать" В. Суворов, являются утверждения о том, что в возникновении Второй мировой войны виноват исключительно Советский Союз, а германское нападение на СССР было "превентивной войной". [с. 6]

И далее уточняет:

Как это принято в публицистике, автор зачастую использует умолчание или бездоказательные утверждения, которые на самом деле вовсе не подтверждают его громогласных заявлений. Говоря о внешнеполитических целях Советского Союза, В. Суворов рисует довольно упрощенную картину того, что советское руководство спало и видело как бы на кого-нибудь напасть. При этом он ссылается на различные пропагандистские заявления революционного характера, которые действительно публиковались в советской прессе. [с. 6]

Откровенно говоря, любому человеку, достаточно подробно изучавшему документы Коминтерна и другие работы марксистско-ленинского характера, было бы удивительно читать в работе профессионала-историка то, что весь тот массив документов он почему-то называет "различными пропагандистскими заявлениями революционного характера"?! Как это? Извините, (между прочим) хотелось бы здесь напомнить, что ради подобных "заявлений революционного характера" в "свое время" была проведена Великая Октябрьская социалистическая революция. И еще несколько лет проходила "горячая" Гражданская война (не считая последовавшей "холодной" с разными "раскулачиваниями" и "террором НКВД"). Оказывается, по Мельтюхову это была "шутка"? (Плакаты "Врангель еще жив – добей его без пощады!" рисовали от нечего делать?) Конечно, если отнестись к "марксистско-ленинской" "составляющей" всей истории СССР как к как бы не заслуживающей внимания, то тогда конечно, "все остальное" можно обозвать "враньем". В случае, если признать, что "советское руководство" и советский общественный строй были вполне "нормальными", "обычными" (в сравнении с другими странами). Но разве именно в этом заключается "ПРАВДА"? И как можно пытаться добиться "правды", с первых абзацев своей работы "используя умолчания или бездоказательные утверждения"?

Ладно, допустим, "Коминтерна" не было, "марксистко-ленинской идеологии" не было, кафедр научного коммунизма с госэкзаменом по нему же не было, на крышах домов не писали: "Наша мечта – коммунизм!", внутри СССР мир не делили на "правильный коммунистический" и "неправильный умирающий загнивающий мир капитала". Допустим, всего этого не было. Допустим. Но... во-первых, ЭТО вообще-то все же было! И Мельтюхову, коль он считается профессионалом в истории, все же надо было бы как-то прокомментировать этот "момент". И он "прокомментировал": "Конечно, подобные лозунги отражают состояние общественного сознания того времени, в том числе и советской правящей элиты. Но при этом следует помнить о том, что в политике (в том числе и международной) имеют значение не намерения, а возможности." [с. 6]

Н-да-а-а.... Хорошенькое "состояние общественного сознания того времени"! И всё? И в одно предложение вошло объяснение всей 73-хлетней истории борьбы "за коммунизм"? Извините, так для кого статью написал Михаил Иванович? Только для тех, кто "то время" сам не видел? Конечно, с каждым годом их становится все больше. Но пока еще живут и те, кто сам участвовал в "борьбе за коммунизм". И как быть с ними? Сделать вид, что не замечаем? Ладно, допустим.

Итак, про "намерения" Мельтюхов предлагает не вспоминать. Он предлагает подробнее остановиться на "возможностях". И уточняет: "Однако в межвоенный период возможности Советскою Союза по расширению своего влияния на мировой арене были довольно скромны и ограничивались преимущественно дипломатическими, пропагандистскими и экономическими мерами." [с. 6]

И опять странный вывод профессионала-ученого! Извините, а какие еще могут быть меры на мировой арене в мирный период, кроме "дипломатических, пропагандистских и экономических"? Слабоват был в 1920 году Советский Союз, чтобы на штыках Красной Армии всем пролетариям всего мира понести освобождение от гнета капитала? Так? Не было такого "состояния общественного сознания того времени"? Ни-ни? И вспоминать не будем?

Ладно, пропустим. Т.е. обсуждать "вранье" В.Суворова про принятие во Всемирный СССР "последней республики" не будем? Т.е. это возможно и не вранье, но Мельтюхов как бы делает намек на то, что В.Суворов "состояние общественного сознания того времени" в СССР и у его "правящей элиты" понял как-то не так? Т.е. неправильно? Хорошо, допустим. Действительно, как можно в статье на 72-х страницах кратенько прокомментировать хотя бы один том "Материалов Коминтерна" толщиной в 1002 страницы? Да никак! Вот Мельтюхов и предлагает ЭТОГО не касаться! А на что же тогда "можно" (и нужно) обратить внимание? О! Об этом Михаил Иванович пишет поподробнее:

"Кроме того, В. Суворов полностью умалчивает о настроениях элит других великих держав. В результате тогдашний политический ландшафт полностью искажается. Получается, что у власти в СССР находились некие "кровавые маньяки", а на Западе — "белые и пушистые" политики. Но если не закрывать глаза на огромное количество доступных ныне на разных языках документов и материалов, возникает вполне резонный вопрос, почему именно эти "хорошие ребята" передрались между собой, положив начало Второй мировой войне. Понятно, что в книгах В. Суворова мы не найдем даже намека на попытку ответа на этот вопрос." (с. 6-7)

Ай-яй-яй-яй-яй!!! Какой В.Суворов "нехороший"! Умолчал, "негодник", про "настроения элит других великих держав"!! Но извините, "история", например, Англии или Франции, если "копнуть поподробнее", тоже составят не один толстый том (с картинками). А если допустить, что в круг интересов В.Суворова эти подробности не очень входили? Мог ли он обратить внимание в первую очередь на то, на что и обратил? Или В.Суворов кому-то подчинен в этом отношении и ОБЯЗАН написать "так и так"? Хотя... Конечно, это может стать предметом отдельной "дискуссии", насколько подробно надо касаться именно действий "других"? Другими словами, "прежде чем рассказать про Манчестер, поговорим для начало про Ливерпуль"? Так? Хорошо, допустим, что "при такой постановке" в этом есть "кое-что" полезное. Допустим. И на что же Мельтюхов предлагает обратить больше внимания, о чем "умолчал" В.Суворов? Он предлагает обсудить нюансы международной политики вообще:

"И позиция автора в данном случае вполне понятна. Ведь тогда придется признать, что международная политика, как и всякая политика, есть борьба за власть. Поэтому любое государство формирует свои интересы на мировой арене в соответствии со своими геополитическими параметрами, ресурсными возможностями, уровнем экономического развития, весом и местом в мировом сообществе и национально-культурными традициями. В наиболее общем виде национально-государственные интересы любой страны представляют собой триединый комплекс фундаментальных целей:

1). Самосохранение государства;
2). Создание наиболее безопасной внешней среды и
3). Накопление мощи (экономической, политической, военной и т.п.).

Государство обеспечивает свои интересы всеми имеющимися в его распоряжении средствами: политическими, идеологическими, экономическими, дипломатическими и военными. Внешнее оформление национально-государственных интересов во многом определяется ценностными нормами и идеологией, господствующими в каждую конкретную эпоху. В формулировании национально-государственных интересов и формировании внешнеполитической стратегии, призванной их реализовать, важное значение имеет система ценностных ориентиров, установок, принципов и убеждений государственных деятелей — восприятие ими окружающего мира и оценка места своей страны в ряду остальных государств, составляющих мировое сообщество.

В принципе давно известно, что внешняя политика государства зависит, прежде всего, от того, какое место это государство занимает в мировой иерархии. У великой державы эта политика одна, у региональной — другая, а у малой страны — третья. Кроме того, следует учитывать и те цели, которые пытается достичь та или иная страна. Например, государство может стремиться сохранить свое положение в мире, а может пытаться повысить свой статус на мировой арене. В первом случае, как правило, преобладают оборонительные методы, а во втором — наступательные. Хотя и в данном вопросе существует определенное различие. Поскольку страны с равным статусом также соперничают друг с другом, то великая держава не может просто занять оборонительную позицию, ибо это станет сигналом для других великих держав — противник слаб и можно усилить давление на него. Поэтому, чтобы быть в безопасности, великая держава всегда должна демонстрировать свою силу и друзьям, и соперникам. Среди самих великих держав также существует определенная иерархия. Так, в 1920—1930-е годы ..." [с. 7-8]

И т.д. Короче, "хочешь мира – готовься к войне", "наступление – нормальный вид обороны", "с волками жить, по волчьи выть" и т.п. И далее (до 44-й страницы) Михаил Иванович просто перечисляет в какой-то мере "всем известные" факты из международной жизни начала ХХ века до 1939 года, которые В.Суворов "просто проигнорировал". Но во-первых, если некий автор в своей работе что-то просто "проигнорировал", это ведь не значит, что он "наврал"? Мало ли что является его "темой работы"? Разве М.И.Мельтюхов является "научным консультантом" "соискателя" В.Суворова? Но конечно же можно, можно где-то поспорить. Но для сохранения понимания, что же там "умолчал" В.Суворов, и для сокращения текста, в данном обзоре есть идея ограничиться отдельными цитатами со стр. 8-44 статьи Мельтюхова (половина работы!!!):

....Англия и Франция являлись сверхдержавами (хотя такого термина тогда не использовали — они просто считались ведущими странами мира). Именно такой статус этих стран был закреплен в рамках Версальско-Вашингтонской системы международных отношений. В 1940—1950 годах сверхдержавами стали США и СССР, что и отражала Ялтинско-Потсдамская система международных отношений.
....
Во все времена международная политика представляла собой ожесточенную борьбу за контроль над имевшимися ресурсами, которые разными способами отбирались у слабого соседа. Не стал исключением и XX век, в первой половине которого произошли две очередные схватки
....
Хотя межгосударственное соперничество является системообразующим фактором международных отношений, не следует воспринимать великие державы лишь в качестве "империалистических хищников", поскольку они выполняют также ряд важных функций — устанавливают и поддерживают мировой порядок, концентрируют ресурсы для кардинального улучшения окружающей среды и технологических прорывов.
....
Абстрагируясь от этих, вполне очевидных для любого мыслящего человека, факторов, В. Суворов также "забывает" и об экономических проблемах межвоенного периода. К началу XX века сложилось глобальное мировое хозяйство,
....
Условием формирования мирового хозяйства был мировой рынок, образование которого особенно интенсивно проходило с середины XIX в.
....
Развитие мировой экономики в 1918—1939 гг. отражало борение двух основных тенденций. Одна из них — это идущая с XIX в. традиция либерального экономического режима, вторая — сложившаяся в годы Первой мировой войны государственно регулируемая экономика. С окончанием войны эта казавшаяся случайностью экономическая политика была отброшена. Среди великих держав превалировало стремление возродить...
....
Лишь кризис 1929—1933 гг. окончательно развеял эти надежды.
....
Развитие мировой экономики в межвоенные годы четко распадается на два больших этапа: 1920-е и 1930-е годы, которые разделяются мировым кризисом 1929— 1933 гг. В 1920-е гг. существовала в целом достаточно стабильная система мирового хозяйства,
......
Соответственно и объем мировой торговли, сократившейся с 64,8 млрд. долларов в 1913 г. до 51,8 млрд. долларов в 1920 г., возрос до 83,9 млрд. долларов в 1929 г. (2)
....
Мировой кризис 1929—1933 гг. нанес тяжелый удар по мировой экономике...
.....
Оказалась разрушенной кредитная сфера: в период кризиса 25 стран прекратили платежи на общую сумму 6,3 млрд. долларов.
....
Стремление великих держав преодолеть кризис и его последствия на путях расширения экспорта усиливало рост конкуренции, ...
....
В 1930-е гг. начался явный процесс перераспределения экономических ролей великих держав в мировой экономике ...
.....
В результате сформировалась система тройственного экономического соперничества Англии, США и Германии, что позволяло всем его участникам играть на противоречиях соперников.
.....
Правда, положение трех экономически ведущих великих держав было различным. Так, экономика США ...
....
Поэтому экономическая экспансия Германии сопровождалась использованием скрытой, а позднее и открытой военно-политической угрозы. ...
....
Англия стремилась не только ...
....
США предложили провести конференцию ...
.....
Стремясь использовать Германию против США, Англия вовсе не собиралась явно ухудшать свои отношения с Вашингтоном, ...
.....
Прочие великие державы не имели возможности вступить в глобальную экономическую борьбу, но зачастую становились конкурентами ведущих экономических держав на региональном уровне. Япония довольно успешно играла эту роль на Дальнем Востоке, ...
.....
В 1938 г. военные расходы Германии, Италии и Японии составляли 1905 млн. фунтов стерлингов, ...
.....
К 1939 г. Германии удалось стать ведущей экономической силой в Центральной и Восточной Европе, а рост ее военного могущества позволял трансформировать экономическое влияние в политическое.
.....
Версальско-Вашингтонская система представляла собой определенную форму политической организации международных отношений после войны 1914— 1918 гг. и была закреплена в договорах и соглашениях 1919—1922 гг.
.....
Однако в силу внутреннего развития великих держав "интересы одной или нескольких стран начинают выходить за рамки сложившегося баланса сил, в результате чего стабильность системы нарушается. ...
.....
Оформление нового мирового порядка в Европе после Первой мировой войны было осложнено революцией в России и хаосом в Восточной Европе.
.....
В итоге Версальские договоренности были компромиссом между этими крайними позициями за счет побежденных, что предопределило революционный подъем ...
.....
Урегулирование международных отношений в Азиатско-Тихоокеанском регионе проходило в более спокойной обстановке.
....
Основной целью Англии было ...
....
Основной целью Франции было ...
.....
В течение 1920-х гг. Италия продолжала ....
.....
Основной внешнеполитической целью Японии было ...
.....
Для Германии основной внешнеполитической целью была ревизия Версальского договора, а в перспективе и глобальное изменение существующей системы международных отношений.
.....
В годы революции и Гражданской войны Советский Союз утратил завоеванные Российской империей позиции на международной арене и территории в Восточной Европе. По уровню своего влияния в Европе страна оказалась отброшенной на 200 лет в прошлое. Не случайно советское руководство взяло на вооружение концепцию мировой революции, совмещавшую новую идеологию и традиционные задачи внешней политики по усилению влияния страны в мире. Стратегической целью внешней политики страны стало глобальное переустройство системы международных отношений, что делало основными противниками Англию, Францию и их союзников. Сделав ставку на неизбежность возникновения нового межимпериалистического конфликта, СССР стремился не допустить консолидации великих держав, справедливо воспринимая это как главную угрозу своим интересам. Советское руководство умело использовало официальные дипломатические каналы, нелегальные возможности Коминтерна, социальную пропаганду, пацифистские идеи, антифашизм, помощь некоторым жертвам агрессоров для создания имиджа главного борца за мир и социальный прогресс.

Основой внешней политики Соединенных Штатов было стремление занять вместо Англии положение политического центра мира, что требовало полного переустройства системы международных отношений на основе создания глобального баланса сил великих держав под эгидой Вашингтона.
....
Говоря о развитии Версальско-Вашингтонской системы в межвоенное двадцатилетие, следует отметить наличие глобальных противоречий, оказавших первостепенное влияние на политику великих держав. Формирование послевоенной системы международных отношений проходило без учета интересов Германии и СССР, что сделало их ее противниками, и в Европе сложился политический треугольник (Англия и Франция — Германия — СССР), участники которого стремились достичь своих внешнеполитических целей, играя на противоречиях соперников.
....
В 1930-е гг. изменение баланса сил великих держав привело к тому, что некоторые из них сделали откровенную ставку на насильственную трансформацию Версальско-Вашингтонской системы, принципы которой перестали отвечать их интересам.
....
Просто одни делали ставку на грубую силу, а другие — на использование ситуации в своих интересах. Таким образом, в 1930-х гг. внешнее противоречие (СССР — Версальско-Вашингтонская система) было дополнено внутрисистемным, следствием чего стали кризис и крах системы международных отношений.
.....
Первым внутренним кризисом Версальско-Вашингтонской системы стали дальневосточные события 1931—1933 гг.
.....
7 января 1932 г. американское руководство опубликовало свою "доктрину непризнания" изменений на Дальнем Востоке, а Англия вообще официально не отреагировала на эти события. Нападение Японии на Шанхай 23 января 1932 г. обострило ее отношения с Англией, Францией и США, которые, ....
.....
Осенью 1932 г. СССР пытался договориться с Японией на основе взаимного признания статус-кво и договора о ненападении, но Токио отклонил эти предложения, ....
.....
24 февраля 1933 г. Лига Наций наконец-то рассмотрела Маньчжурский вопрос ....
.....
Тем временем в Европе во второй половине 1920-х гг. Германии удалось устранить ряд контрольных установлений Версальского договора.
.....
В итоге событий начала 1930-х гг. на Дальнем Востоке и в Европе система международных отношений дала первые трещины.
....
Второй внутренний кризис Версальско-Вашингтонской системы, обозначивший ее крушение, разразился в 1935—1938 гг. в Европе и на Дальнем Востоке.
.....
1 марта 1935 г. Саар по итогам плебисцита был передан под юрисдикцию Германии, ...
.....
Отказ Германии от выполнения военных ограничений Версальского договора привел 11—14 апреля 1935 г. к созданию англо-франко-итальянского "фронта Стрезы". 2 мая 1935 г. Франция пошла на подписание с СССР договора о взаимопомощи, ....
......
Нападение Италии 3 октября 1935 г. на Эфиопию и обсуждение этого вопроса в Лиге Наций в условиях предвыборной кампании в Англии привело к установлению с 18 ноября 1935 г. экономических санкций против Италии.
.....
Стремление Англии сблизиться с Турцией, которую предполагалось использовать в качестве противовеса Италии, привело к тому, что Лондон поддержал стремление Москвы и Анкары пересмотреть решения Лозаннской конференции о режиме черноморских проливов.
....
Изменение ситуации в Европе стимулировало сближение Германии, Италии и Японии.
....
В создавшейся ситуации Лига Наций вновь продемонстрировала свою неэффективность.
....
С весны 1938 г. Англия и Франция были связаны развитием событий вокруг Австрии и Чехословакии, но Япония, испытывавшая финансовый и экономический кризис, решила продемонстрировать свои хорошие отношения с Англией и США. В мае 1938 г. Англия передала Японии контроль над китайскими таможнями ...
......
Усиление германской экономики и начавшийся в 1937 г. новый спад производства в мире способствовали тому, что Германия все явственнее стала требовать ревизии территориальных решений Версальского договора. Именно с 1937 г. во внешней политике Англии на первый план выходит идея "умиротворения" Германии за счет Восточной Европы и СССР.
....
Обострение ситуации вокруг Чехословакии в апреле — мае 1938 г. продемонстрировало нежелание Англии и Франции вмешиваться в дела Восточной Европы. Предложения СССР о проведении военных переговоров с Францией и Чехословакией от 27 апреля и 13 мая не были приняты, поскольку было бы "несчастьем, если бы Чехословакия спаслась благодаря советской помощи".
....
Летом 1938 г. английское руководство стремилось найти новый компромисс великих держав Европы. Но вместо нажима на Германию Англия и Франция, поддержанные США, продолжали требовать от Чехословакии уступок ...
....
Эскалация кризиса и политика "умиротворения", проводимая Англией и Францией, позволили Италии сыграть роль миротворца на Мюнхенской конференции и, играя на противоречиях великих держав, к началу 1939 г. существенно повысить свою роль в европейских делах.
....
Фактически западные страны сами разрушили созданную ими после Первой мировой войны систему международных отношений в Европе.
....

Вот по мнению М.Мельтюхова "все эти вполне известные события просто игнорируются В. Суворовым." [с. 44] Конечно, если что-то умалчивается, то это может быть не хорошо. Но опять же,  смотря с какой стороны посмотреть. Во-первых, если посмотреть с точки зрения темы.
А если В.Суворова в первую очередь интересовали действия именно Советского Союза (внутри страны)? Мог он повести разговор именно про это? Или не мог?
Или сначала он должен был понаписать несколько томов про "Инцидент на КВЖД в 1929 году"?
И про бои в Эфиопии тоже?
Вот Мельтюхов почему-то настаивает на их учитывании. И кстати, делает интересный вывод:

Но если не закрывать на них глаза, то возникает вопрос, почему именно Советский Союз виноват в том, что Версальско-Вашингтонская система международных отношений разваливалась на глазах, а западные великие державы фактически потворствовали Японии, Италии и Германии? Учитывая, что все эти три государства прикрывали свою экспансию антикоммунистической риторикой, в Москве не могли не учитывать возможности создания так называемого “единого империалистического антисоветского фронта”. Вполне естественно, что СССР стремился не допустить консолидации остальных великих держав, справедливо воспринимая это как главную угрозу своим интересам. В этих условиях борьба за "коллективную безопасность" стала внешнеполитической тактикой Москвы, направленной на усиление веса СССР в международных делах и на недопущение консолидации остальных великих держав без своего участия. Однако события 1938 г. наглядно показали, что Советский Союз не только все еще далек от того, чтобы стать равноправным субъектом европейской политики, но и продолжает рассматриваться европейскими великими державами как объект их политики. В этих условиях только новое обострение кризиса в Европе позволяло СССР вернуться в большую политику в качестве великой державы. Этим устремлениям Москвы способствовало то, что в ходе политических кризисов 1930-х гг. Версальско-Вашингтонская система в Европе и на Дальнем Востоке оказалась практически разрушенной, что не могло не привести к очередному столкновению между великими державами. [с. 44-45]

"Новое обострение кризиса в Европе"? Было выгодно СССР? И это вполне сознательно написал профессионал-историк? И "Москва" была не прочь "погреть руки"? Спасибо, как говорится, за откровенность. Но следующий за этим вывод Мельтюхова выглядит как-то не совсем "доказуемо": "в этом смысле можно говорить о том, что Вторая мировая война была закономерным явлением в период смены систем международных отношений и вряд ли могла бы быть предотвращена, поскольку неравномерность экономического развития вела к изменению баланса сил великих держав, каждая из которых в той или иной степени оказалась заинтересованной в реорганизации Версальско-Вашингтонской системы международных отношений. Германия, США и СССР стремились к полному переустройству системы международных отношений, Англия и Франция были готовы на некоторые изменения, не затрагивающие их ведущего положения в мире, а Италия и Япония старались расширить свое влияние на региональном уровне. Вторая мировая война явилась отражением столкновения интересов великих держав в условиях краха Версальско-Вашингтонской системы, и также как и предыдущие конфликты великих держав, носила империалистический характер, дополняемый освободительной борьбой оккупированных стран и территорий. Таким образом, мы рассматриваем Вторую мировую войну как совокупность войн великих держав между собой и другими странами за расширение своего влияния и пересмотр границ, сложившихся в 1919—1922 гг. [с. 45]

Вот так вот! По Мельтюхову и без СССР вероятность новой мировой войны была очень высока! Какие претензии к Стране Советов? Да, она тоже чего-то там хотела. И в этом смысле была "не хуже других". И вообще, а то могли бы ее "затоптать". А тут извините, любые полезные средства полезны. При чем здесь обвинения В.Суворова? При чем? Вранье это все! И читаем дальше, что же он там наврал [с. 46-47] :

Новое обострение ситуации весной 1939 г. не заставило себя ждать. 14 марта Словакия по совету Германии провозгласила независимость,... "
...
("Понятно", что в этих условиях каждая великая держава рассчитывала использовать ситуацию в собственных интересах).
....
Англия и Франция стремились направить германскую экспансию на Восток, что должно было привести к столкновению Германии с СССР,
....
Естественно, Москве вовсе не улыбалась роль "жертвенного агнца", и советское руководство сделало все, чтобы отвести угрозу втягивания в возможную европейскую войну, которая должна была ослабить Германию, Англию и Францию. Это, в свою очередь, позволило бы СССР занять позицию своеобразного арбитра, от которого зависит исход войны, и максимально расширить свое влияние на континенте. Со своей стороны Германия, прекрасно понимая невозможность одновременного столкновения с коалицией великих держав, рассчитывала на локальную операцию против Польши, что улучшило бы ее стратегическое положение для дальнейшей борьбы за гегемонию в Европе с Англией, Францией и СССР.
....
В ходе политического кризиса 1939 г. в Европе сложилось два военно-политических блока: англо-французский и германо-итальянский, ....
....
Международные отношения весны — лета 1939 г. в Европе представляли собой запутанный клубок дипломатической деятельности великих держав, каждая из которых стремилась к достижению собственных целей. События параллельно развивались по нескольким направлениям: шли тайные и явные англо-франко-советские, англо-германские и советско-германские переговоры, происходило оформление англо-франко-польской и германо-итальянской коалиций. Москва в своих расчетах исходила из того, что возникновение войны в Европе — как при участии СССР в англо-французском блоке, так и при сохранении им нейтралитета — открывало новые перспективы для усиления советского влияния на континенте. Союз с Англией и Францией делал бы Москву равноправным партнером со всеми вытекающими из этого последствиями, а сохранение Советским Союзом нейтралитета в условиях ослабления обеих воюющих сторон позволяло ему занять позицию своеобразного арбитра, от которого зависит исход войны. Исходя из подобных расчетов, был определен советский внешнеполитический курс.
[с. 48]
....

Итак, такими словами Мельтюхов практически открыто подтверждает факт того, что СССР в 1939 одновременно проводил переговоры с Англией и Францией (с одной стороны) и с Германией (с другой). Причем, стратегически СССР было менее выгодно договариваться с Англией и Францией. Для него (по Мельтюхову) было бы гораздо полезней, если бы в Европе возник новый хор-р-р-р-оший "кризис" (т.е. война). Извините, а В.Суворов про что "врал"? Разве не про это же? Ну-ка, ну-ка, а нельзя поподробнее вот про этот вывод: "союз с Англией и Францией делал бы Москву равноправным партнером со всеми вытекающими из этого последствиями"? Ну и какие же могли быть "последствия"? Отсутствие войны в Европе? Но это было бы НЕ ВЫГОДНО Советскому Союзу? Извините, и как же он в таком случае должен был себя вести? Договориться с англичанами и французами? О чем? О мире и спокойствии на будущее? И остаться "при своих"? А зачем? Ну и каков же был в таком случае "определен советский внешнеполитический курс"? Нельзя поподробнее? Без умолчаний? Где ссылки на детали этого "курса"?  Михаил Иванович найти их не смог? Они всем известны? Как же СССР все-таки действовал? ("Правильно"?)

"Продолжая действовать в рамках концепции "коллективной безопасности", советское руководство попыталось добиться заключения союза с Англией и Францией." [с. 49] Вот тебе раз! Только что Мельтюхов доказывал, что этот путь как бы не совсем полезный, и вдруг!... Так правильно действовал СССР летом 1939 или не правильно? Полезно для себя или нет? То, что он переговаривался о чем-то и как-то с Англией и Францией, факт известен. И на этом анализ Мельтюхова заканчивается?

"Однако неудачные англо-франко-советские переговоры, показавшие, что Лондон и Париж не готовы к равноправному партнерству с Москвой, и угроза англо-германского соглашения заставили Советский Союз более внимательно отнестись к германским предложениям о нормализации двусторонних отношений." [с. 48]

Извините, а для чего тогда были приведены размышления выше про игру разных стран в то время? И что каждая из них в первую очередь действовала ради своих интересов? Какое еще при этом "равноправное партнерство"? Каким боком оно может коснуться стремлений этих самых участников переговоров к достижению выигрыша в первую очередь себе за счет других? Можно поподробнее? С цифрами, датами, номерами документов? Разве все это не интересует уважаемого профессионального историка? И внимания обращать на все это не надо? Достаточно пары предложений? Первое из них представлено выше, второе – его продолжение с той же 48-й страницы:

Подписанный 23 августа 1939 г. советско-германский договор о ненападении стал значительным успехом советской дипломатии. (Выделение самого Мельтюхова).

Вот так! На подробности кто с кем воевал в Китае, Манчжурии, Эфиопии места в его статье хватило. Интерес у него нашелся. А про переговоры СССР с Германией в 1939 году два упоминания.
Что велись.
И что подписали "23 августа 1939".
И вывод: ЭТО УСПЕХ СОВЕТСКОЙ ДИПЛОМАТИИ !!!!

"СССР удалось остаться вне европейской войны, получив при этом значительную свободу рук в Восточной Европе и более широкое пространство для маневра между воюющими группировками в собственных интересах". [с. 48] А вопрос о том, возникла бы война вообще, не подпиши СССР пакт с Гитлером, рассматривать не будем. А зачем? Разве не ясно? Но извините, примерно так же все это и объяснялось "до конца 1980-х годов". И это было неправильное объяснение? Или правильное? Что же здесь нового сообщает Мельтюхов? Новое есть? Хотя, похоже "местами" не без того:

Благодаря соглашению с Германией СССР впервые за всю свою историю получил признание своих интересов в Восточной Европе со стороны одной из великих европейских держав. В 1939 г. Европа оказалась расколотой на три военно-политических лагеря: англо-французский, германо-итальянский и советский, каждый из которых стремился к достижению собственных целей, что не могло не привести к войне. [с. 48]

Кстати, а что это за "одна из великих европейских держав"? Что-то загадками начал изъясняться уважаемвй Михаил Иванович! Испания, что ли? Нет? К "великим" не относится? Ладно, пропустим уточнение. Видимо важнее перейти к другой теме. Ну правильно, зачем же договариваться с Англией и Францией? А там глядишь, к ним и Италия добавится. А потом и Гитлеру придется как-то садиться за стол переговоров. И конец войне.
Но это же НЕ ВЫГОДНО СССР!!!! Мельтюхов доказал!!! И кстати, а было ли еще что-то полезное в том договоре, кроме "признания"? Он уточняет:

Вместе с тем следует помнить, что никаких реальных территориальных изменений или оккупации "сфер интересов" советско-германский договор не предусматривал. К сожалению, теперь, зная дальнейшие события, некоторые исследователи склонны полагать, что Гитлер и Сталин уже тогда, в ночь на 24 августа, заранее знали, что именно произойдет в ближайшие 38 дней. Естественно, что в действительности этого не было. [с. 49]

О! Надо же! Как лихо Михаил Иванович прокомментировал существование "секретного протокола" и термин "сфера интересов"!! Т.е. как бы "между прочим" признав, что этот термин на переговорах обсуждался и был применен (не уточняя, где и как), он просто отмечает, что в текст самого договора он как бы был вписан, но без конкретных указаний, как потом с этими "сферами интересов" будут поступать Германия и СССР. С намеком, что как бы не обязательно там воевать или выдвигать разные требования к правительствам тех стран, что попадали в зону тех "сфер".  И так заявляет профессиона-историк?
Извините, как это? А как же "секретный протокол", в преамбуле которого и идет речь про "сферы интересов"? Сослаться на цитату не надо? ("При подписании договора о ненападении между Германией и Союзом Советских Социалистических Республик нижеподписавшиеся уполномоченные обеих сторон обсудили в строго конфиденциальном порядке вопрос о разграничении сфер обоюдных интересов в Восточной Европе"). И что же они там "обсуждали"? "Просто так"? "На всякий случай"?
А как же карта, на которой территория Польши была поделена на "сферы интересов"? С подписью самого И.В.Сталина? Брехня? Вранье? А за счет чего же "СССР удалось остаться вне европейской войны, получив при этом значительную свободу рук в Восточной Европе"? Откуда появится "свобода рук" без дележа "сфер интересов"?

Э-э-э.... Извините, не знаю, как кому, а лично у меня, прочитав ТАКОЕ, появилась мысль дальше статью не читать. Если уж кроме натуральных умолчаний ПО СУТИ дело дошло до такого наглого перевирания текстов документов, то.... Но "для контроля" дальше прочитать надо бы. "Дальше" Мельтюхов заявляет следующее:

Вообще ситуация конца августа 1939 г. была столь запутанной, что политики и дипломаты всех стран, в том числе и Советского Союза, старались подписывать максимально расплывчатые соглашения, которые в зависимости от обстановки можно было бы трактовать как угодно. Более того, 24 августа никто не знал, возникнет ли вообще германо-польская война или будет достигнут какой-то компромисс, как это было в 1938 г. В этой ситуации употребленный в секретном дополнительном протоколе к договору о ненападении термин "территориально-политическое переустройство Восточной Европы" мог трактоваться и как вариант нового Мюнхена, то есть позволил бы Москве заявить о своих интересах на возможной международной конференции. А понятие "сфера интересов" вообще можно было трактовать как угодно (14). Таким образом, советско-германский пакт был соглашением, рассчитанным на любую ситуацию. Конечно, Москва была заинтересована в отстаивании своих интересов, в том числе и за счет интересов других, но это, вообще-то, является аксиомой внешнеполитической стратегии любого государства. Почему же лишь Советскому Союзу подобные действия ставят в вину? [с. 49]

Ага! Термин "сфера интересов" таки использовался! Но без "дележа"? "Просто так"? И про "территориально-политическое переустройство Восточной Европы" тоже речь шла? Так говорилось про "реальные территориальные изменения" или нет? Ничего себе "максимально расплывчатые соглашения"! Серьезно? Действительно, разве не "о себе" в первую очередь должна заботиться каждая страна? Имеет право? Допустим, имеет. Но разве нельзя обсудить вопрос о связи советско-германского пакта с началом Второй мировой войны? Была связь или нет? Мельтюхов на стр. 50 так прямо и пишет:

"Важной проблемой историографии событий 1939 г. является вопрос о связи советско-германского пакта с началом Второй мировой войны. В этом вопросе мнения исследователей разделились. Многие авторы вслед за западной историографией, которая основывается на позиции английского руководства, сформулированной 30 августа 1939 г., что "судьба войны и мира находится сейчас в руках СССР" и его вмешательство может предотвратить войну (15), полагают, что пакт способствовал началу Второй мировой войны (16). По мнению других, пакт не оказал никакого влияния на начало германо-польской войны (и Второй мировой тоже), поскольку оно было запланировано еще в апреле 1939 г. (17) Р.А. Медведев полагает даже, что пакт заставил Англию и Францию объявить Германии войну (18), никак, впрочем, не аргументируя этот тезис. "

Итак, "мнения разделились". Нету до сих пор "консенсуса" в этом вопросе. Странно, а кроме "позиции английского руководства, сформулированной 30 августа 1939 г.", других документов не существует? Например, переписки Молотова с советским и.о. посла в Берлине Астаховым? А странные "конкретные" предложения советской делегации на переговорах с Англией и Францией про 70% выделения военных сил в случае войны с Германией? Это тоже нормально? Обсуждать не имеет смысла? Можно умолчать? И есть такие, кто вполне серьезно считают, что "пакт не оказал никакого влияния на начало германо-польской войны"? И это тоже серьезный подход? Как же тогда во всем этом разобраться? И возможно ли вообще? Мельтюхов предлагает (очередной) вариант [с. 50]:

Чтобы дать аргументированный ответ на этот, вероятно, наиболее важный вопрос, следует обратиться к рассмотрению событий, произошедших с 23 августа по 1 сентября в Европе."

О! Надо же! После 46 страниц текста, когда чего только не обсуждалось, наконец-то разговор вроде бы дошел до НАИБОЛЕЕ ВАЖНОГО ВОПРОСА?!?! Но подробности его предыстории практически полностью пропущены. Хватило нескольких предложений с некими упоминаниями. И этого достаточно? Вполне? Ладно, допустим. Ну и что ж происходило "с 23 августа по 1 сентября в Европе"? Но Михаил Иванович описание и этого процесса укоротил до предела [с. 50]:

В августе 1939 г. вопрос о выяснении позиции Англии и СССР в случае войны в Польше вступил для Германии в решающую фазу. 2—3 августа Германия активно зондировала Москву, 7 августа — Лондон, 10 августа — Москву, 11 августа — Лондон, 14—15 августа — Москву. 21 августа Лондону было предложено принять 23 августа для переговоров Геринга, а Москве — Риббентропа для подписания пакта о ненападении. И СССР, и Англия ответили согласием!

И все? Э-э-э... Ну как же так? Неужели профессиональный историк такого плохого мнения о своих читателей? Кто там возмущался, что знакомство с подробностями, о которых упоминает В.Суворов, дают какую-то другую картинку? А если почитать материалы тех "зондирований" поподробнее? Например эти (из "Правды Виктора Суворова-3", статья "Когда был пленум?"):

... Вечером в субботу 12 августа состоялась очередная встреча Шуленбурга с Молотовым, который сообщил, что СССР готов обсудить с Германией новый характер отношений и выразил заинтересованность Советского Союза в пакте о ненападении с Германией. ... Но местом проведения переговоров советское правительство предлагает Москву. Вопрос, кто должен вести переговоры с немецкой стороны, остался открытым. ....

14 августа Гитлер, беседуя с Гальдером и Браухичем, намекнул им, что будет решительно действовать как в Москве, так и в Лондоне. В 14 часов 15 минут из Берлина в Москву уходит срочная шифровка Шуленбургу с предложением немедленно попросить аудиенцию у В. М. Молотова на 15 августа. А в 22 часа 53 минуты в тот же день отправляется сверхсрочная шифровка с перечнем того, что Шуленбург должен передать Молотову. В частности:

1) Немецкая сторона может "закрыть глаза" на идеологические расхождения.

2) Немецкая сторона может предложить к обсуждению политические и экономические вопросы, имеющие взаимный интерес (в т.ч. по территориям соседних с СССР стран – в Польше, Прибалтике и т.д.).

3-4) Пора от периода вражды перейти к сотрудничеству.

5) "Западные демократии" – это общий враг СССР и новой Германии.

6) В связи с углублением кризиса между Германией и Польшей ("спровоцированного Англией"), у Германии и СССР есть шанс решить некоторые свои интересы в Восточной Европе. Но если он будет упущен, то есть риск, что улучшение отношений между СССР и Германией не произойдет.

В заключение телеграммы Риббентроп соглашается приехать в Москву для "широких переговоров" со Сталиным....

Так какого "августа" "Москве было предложено принять Риббентропа"? Всего лишь 21-го? "Просто так"? Чтобы прилетел "чайку попить"? Детали Мельтюхова не интересуют? Так имел пакт влияние на возникновение войны или не имел? Судя из следующего абзаца, Мельтюхов как бы намекает, что имел [с. 50-51]:

Исходя из необходимости прежде всего подписать договор с СССР, 22 августа Гитлер отменил полет Геринга, хотя об этом в Лондон было сообщено только 24 августа. Пока же английское руководство, опасаясь сорвать визит Геринга, запретило мобилизацию. Выбор Гитлера можно объяснить рядом факторов. Во-первых, германское командование было уверено, что вермахт в состоянии разгромить Польшу, даже если ее поддержат Англия и Франция. Тогда как выступление СССР на стороне антигерманской коалиции означало катастрофу. Во-вторых, соглашение с Москвой должно было локализовать германо-польскую войну, удержать Англию и Францию от вмешательства и дать Германии возможность противостоять вероятной экономической блокаде западных держав. В-третьих, не последнюю роль играл и субъективный момент: Англия слишком часто шла на уступки Германии, и в Берлине, видимо, в определенной степени привыкли к этому. СССР же, напротив, был слишком неуступчивым, и выраженную Москвой готовность к соглашению следовало использовать без промедления. Кроме того, это окончательно похоронило бы и так не слишком успешные англо-франко-советские военные переговоры.

22 августа Гитлер выступил перед военными. Обрисовав общее политическое положение, он сделал вывод, что обстановка благоприятствует Германии, вмешательство Англии и Франции в германо-польский конфликт маловероятно, они не смогут помочь Польше, а с СССР будет заключен договор, что также снизит угрозу экономической блокады Германии. В этих условиях стоит рискнуть и разгромить Польшу, одновременно сдерживая Запад. При этом следовало быстро разгромить польские войска, поскольку “уничтожение Польши остается на первом плане, даже если начнется война на Западе” (19). Занятый локализацией похода в Польшу, Гитлер рассматривал "договор (с /51/ СССР) как разумную сделку. По отношению к Сталину, конечно, надо всегда быть начеку, но в данный момент он (Гитлер) видит в пакте со Сталиным шанс на выключение Англии из конфликта с Польшей" (20). Уверенный в том, что ему это удастся, Гитлер в первой половине дня 23 августа, когда Риббентроп еще летел в Москву, отдал приказ о нападении на Польшу в 4.30 утра 26 августа.

И опять практически никаких цитат из советско-немецкой переписки. Одни выводы. А вот подробности в отношениях Германии с Англией в конце августа 1939 внимание Мельтюхова привлекли. Да и то, в основном кратким изложением, который закончился фразой: "1 сентября Германия напала на Польшу, а европейский кризис перерос в войну, в которую 3 сентября вступили Англия и Франция". [с. 56] А следом глаза натыкаются на вывод, который мягко говоря, как-то не совсем стыкуется со всем вышесказанным [с. 56-57] (выделение жирным – М.М.):

Таким образом, советско-германский договор о ненападении не был детонатором войны в Европе. Вместо честного выполнения своих союзнических обязательств перед Польшей Англия и Франция продолжали добиваться соглашения с Германией, что, естественно, порождало в Берлине уверенность в невмешательстве западных союзников в возможную германо-польскую войну. Фактически именно дипломатические игры Лондона и Парижа подтолкнули Германию к войне с Польшей. Тем не менее, ныне самым неожиданным образом виноватым в этом оказался Советский Союз. В сентябре 1939 г. Англия и Франция имели прекрасную возможность довольно быстро разгромить Германию, но, как известно, в силу различных причин этого не произошло. В результате, "отказавшись воспользоваться сложившейся в самом начале войны обстановкой, западные державы не только покинули в беде Польшу, но и ввергли весь мир в пять лет разрушительной войны" (33). После разгрома Польши у Германии появился шанс вести войну на одном фронте, который и был ею удачно использован в 1940—1941 гг.

Поразительно! "Советско-германский договор о ненападении"? "Не был детонатором войны в Европе"? НЕ БЫЛ !! Мельтюхов сказал! И это правда? Извините, а зачем тогда Гитлер его добивался? Зачем? Если он и без всякого договора с СССР якобы мог загробастать всю Польшу!! ВСЮ!!! Для чего он половину Польши "уступил" СССР? Зачем? "За красивые глазки"? Ведь в июне 1941 он смог бы начать наступление на Москву гораздо ближе от нее! Почему он сам добровольно упустил эту возможность? Михаил Иванович рассматривает этот вопрос?

Не рассматривает. Не интересует его все это. Зачем? Это к делу имеет отношение? Вот захотел он коснуться подробностей событий в Манджоу-Го и обратился к ним. А переговоры СССР с Германией в 1939? Важность "Пакта" на возникновение Второй Мировой войны? Миф все это! Михаил Иванович дальше так и пишет (с. 57):

Конечно, В. Суворов интерпретирует советско-германский договор о ненападении от 23 августа 1939 г. как "союз с Гитлером" (34). К сожалению, сторонниками этого мифа оказались и некоторые отечественные историки. Правда, как правило, в российской историографии подобная характеристика применяется к подписанному 28 сентября 1939 г. советско-германскому договору о дружбе и границе. Так, А.Д. Богатуров считает, что ....

И т.д. Короче, обсуждение "вранья" В.Суворова про "миф" с "Пактом" на этом и заканчивается. С коротким возмущением, что нельзя рассматривать советско-немецкие отношения в сентябре 1939 – июне 1941 как союзнические. Нельзя! Доказательства? Мельтюхов сказал! Будут протесты? Кого-то могут заинтересовать подробности? Пожалуйста. Но в других книжках. Список дается в "Приложениях". Если кому покажется мало, могут поискать сами. А в статье про "вранье" В.Суворова идет переход к следующему "вранью" [с. 58 – 59]:

В. Суворов выдвинул еще одно фантастическое обвинение в адрес Советского Союза, полагая, что "точный день, когда Сталин начал Вторую мировую войну, — это 19 августа 1939 года". Этот вывод объясняется очень просто: "начало тайной мобилизации было фактическим вступлением во Вторую мировую войну. Сталин это понимал и сознательно отдал приказ о тайной мобилизации 19 августа 1939 года. С этого дня при любом развитии событий войну уже остановить было нельзя" (39).

Формулируя столь категоричный вывод, В. Суворов оставляет читателя в неведении, почему "начало тайной мобилизации было фактическим вступлением" в войну? Вся военная история человечества свидетельствует, что фактическое вступление в войну означает либо ее формальное объявление, либо непосредственное начало боевых действий. Никакие другие действия сторон вступлением в войну не являются. Тайная мобилизация, безусловно, является подготовкой к вступлению в войну, но война может и не начаться (это решает политическое руководство) и тогда, как правило, следует демобилизация. Примером такого развития событий служит "чехословацкий кризис" сентября 1938 г., когда в ряде стран, в том числе и в СССР, проводилась частичная или общая мобилизация, но кризис был "улажен" Мюнхенским соглашением, и никакой войны не возникло. Почему бы, исходя из того, что советское правительство 26 июня 1938 г. решило проводить мобилизационные мероприятия на случай войны в Европе, не объявить именно эту дату "точным" днем, "когда Сталин начал Вторую мировую войну"?

Даже если встать на точку зрения В. Суворова, то и тогда не ясно, почему именно действия СССР являются началом Второй мировой войны? Ведь Германия начала тайную мобилизацию еще 16 августа 1939 г. сначала в Восточной Пруссии, а с 18 августа предмобилизационные мероприятия охватили всю страну, вылившись 25 августа в общую тайную мобилизацию вермахта. С 24 августа 1939 г. проводила скрытые частичные мобилизации и Франция. Однако, никуда не уйти от того факта, что именно нападение Германии на Польшу положило начало Второй мировой войне. Таким образом, тезис В. Суворова о том, что Вторую мировую войну начал Сталин, является откровенной ложью.

Однако, сколько гнева! Да как он посмел путаться в терминах! Как!!!! "Вступление в войну", "фактическое вступление", "формальное объявление", "подготовка к вступлению (фактическому)", "фактическое нападение", "тайная подготовка (к фактическому вступлению)". Это ж всё РАЗНЫЕ термины!!! Разве ж не понятно? И вообще, если немцы начали свою тайную мобилизацию еще раньше, то какие претензии могут быть к товарищу Сталину (и ко всему СССР)? Какие?

Ко "всему СССР" претензий особых не будет. "Весь СССР" находился в ожидании. Очередного этапа на грандиозном пути построения коммунистического общества. И как туда идти – толпой ли или колонной по три, это уже в зависимости от конкретных обстоятельств. А что касается 19 августа 1939 года, в частности его понимания, то тут вырисовываются два пути: или придираться к академическим значениям терминов, абсолютно игнорируя понимание ситуации в целом. Или оценить деяния товарища Сталина тоже в целом. Но как показывает общение на разных интернет-форумах или на страницах разных периодических изданий, то в этом направлении и наблюдается "разброс мнений". Вот например, уважаемый Михаил Иванович не желает касаться деталей советско-немецких переговоров с января по август 1939 года. Категорически! И что это означает? Что их фактически не было? А также не желает признавать формально не оформленные, но фактически возникшие союзнические отношения между СССР и гитлеровской Германией. Можно хоть до хрипоты повторять и повторять лозунг о том, что между этими странами союзнические отношения ФОРМАЛЬНО не были оформлены, но это не отменяет вопрос о ФАКТИЧЕСКОМ характере тех отношений. Вот я, например, был знаком с одной женщиной, которая формально развелась с мужем, но фактически продолжала проживать с ним же в той же квартире на тех же условиях. И как прикажете это расценивать? Формально, да, они не есть "семья". Но а фактически?

И прежде чем "замазывать" деяние Сталина в середине августа 1939 всякими фактами из действий Гитлера в то же время, было бы полезно сравнить ресурсные возможности Германии и СССР на тот момент. Да хоть бы за месяц Гитлер начал бы свою тайную мобилизацию! Или за два. Но ресурсов у Германии было значительно меньше. У Гитлера авиационных бомб хватило на первые 10 дней боев. И артиллерийских снарядов не стратили все только потому, что бои продолжались не особо долго. А у товарища Сталина этого добра было не в пример поболее. И от него очень сильно зависели варианты ведения той войны, если бы она началась. Вот сам Михаил Иванович упомянул и то, что война "может и не начаться (это решает политическое руководство) и тогда, как правило, следует демобилизация." Кстати, такой вариант развития событий расписан, в частности, в мемуарах Эрнста фон Вайцзеккера "ПОСОЛ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА" (Москва, 2007) на стр. 212-214. (Который ТОГДА был подчиненным Риббентропа). Дословно:

В то же время я постоянно слышал, как в первой половине августа в штабе Верховного главнокомандующего повторяли, что Гитлер не предпримет никаких действий против поляков, не убедившись сначала в реакции русских. Если с ними не удастся достичь соглашения, тогда он отложит свои замыслы, шумно проведет в конце августа юбилей победы при Танненберге [1914 года]..., а затем Партийный съезд мира в Нюрнберге.... 19 августа Сталин пожал протянутую Гитлером руку, получив огромный кусок Прибалтики в сферу своих интересов. ... я заметил, что если намечаемая в ближайшую неделю поездка Риббентропа в Москву состоится, "то это означает, что Россия приглашает Гитлера напасть на Польшу" ... Сердцевиной договора [23 августа] стало разделение Польши и других территорий на германскую и русскую сферы интересов, что было указано в секретном протоколе, текст которого был опубликован только после войны, причем Москва всячески стремилась его дезавуировать. В мае 1946 года мне пришлось подтвердить содержание Протокола по памяти перед Международным трибуналом союзников в Нюрнберге.

После такого текста хочется опять вернуться к цитате из самого Мельтюхова на стр. 49:

Вместе с тем следует помнить, что никаких реальных территориальных изменений или оккупации "сфер интересов" советско-германский договор не предусматривал. К сожалению, теперь, зная дальнейшие события, некоторые исследователи склонны полагать, что Гитлер и Сталин уже тогда, в ночь на 24 августа, заранее знали, что именно произойдет в ближайшие 38 дней. Естественно, что в действительности этого не было.

Извините, так БЫЛО или НЕ БЫЛО? Тут уже впору начать выяснять, кто больше врёт – Вайцзеккер, Суворов или Мельтюхов?

Но продолжим читать дальше "борьбу с фальсификацией". А там идет обращение к следующему "вранью" Суворова [с. 58-59]:

Столь же бездоказательно и утверждение В. Суворова о том, что Сталин отдал приказ о тайной мобилизации 19 августа 1939 г. Некоторые исследователи в качестве подтверждения этой версии приводят так называемую речь Сталина, якобы произнесенную в этот день перед членами Политбюро ЦК ВКП(б) (40). Однако, как убедительно показал С.З. Случ, этот "документ" является фальсификацией французских спецслужб (41). Правда, была предпринята неудачная попытка доказать факт выступления Сталина для того, чтобы обосновать лживую версию о том, что СССР и Германия "несут равную ответственность за развязывание Второй мировой войны" (42).

Как известно, 19 августа советское правительство дало согласие на приезд германского министра иностранных дел И. Риббентропа в Москву 26 — 27 августа для заключения пакта о ненападении (43). Мероприятия в Красной Армии по переводу стрелковых дивизий тройного развертывания в ординарные дивизии начались в соответствии с постановлением Комитета Обороны при СНК СССР N: 199сс от 13 июля, уточненным 14 июля решением Политбюро ЦК ВКП(б), решениями Главного Военного Совета РККА от 15 и 21 июля и приказами наркома обороны от 15 августа. 1 сентября 1939 г. Политбюро ЦК ВКП(б) утвердило “План реорганизации сухопутных сил Красной Армии на 1939—1940 гг. ” (44) Действительно, 30 августа в советской прессе появилось опровержение ТАСС, согласно которому “ввиду обострения положения в восточных районах Европы и ввиду возможности всяких неожиданностей советское командование решило усилить численный состав гарнизонов западных границ СССР”. Однако лишь поздно вечером б сентября 1939 г. был отдан приказ о начале скрытой мобилизации в Ленинградском, Калининском, Московском, Белорусском и Киевском особых, Орловском и Харьковском военных округах, в ходе которой было призвано 2 610 136 военнослужащих запаса (45). Таким образом, никаких приказов о "тайной мобилизации" Сталин 19 августа 1939 г. не отдавал.

Чем больше вчитываешься в статью, тем больше приходится удивляться. И все больше возникает странное ощущение. Сродни тому, как если бы в учебнике физики сначала написали, например, что ускорение свободного падения на Земле равняется 9,81 метра в секунду за секунду. А затем через пару страниц дали бы другое значение, скажем. 9,34 метра в секунду за секунду. А чуть дальше новое значение, например, – 10,5 метра в секунду за секунду. Возможно ли такое? В точной науке? Как правило, такого не может быть. А в науке истории можно? Или это не наука? Так какого числа "советское правительство дало согласие на приезд германского министра иностранных дел И. Риббентропа"? На стр. 50 сам Михаил Иванович отметил: "21 августа Лондону было предложено принять 23 августа для переговоров Геринга, а Москве — Риббентропа для подписания пакта о ненападении. И СССР, и Англия ответили согласием!" Т.е. сначала читателю сообщается (в обсуждаемой статье!), что это немцы 21 августа предложили Москве принять Риббентропа 23 августа. А на стр. 59 той же статьи тот же автор выдвигает другую версию, что "19 августа советское правительство дало согласие на приезд германского министра иностранных дел И. Риббентропа в Москву 26 – 27 августа". И при этом, что сам договор был оформлен с 23 августа на 24 августа.... Странно как-то. Как может одна сторона послать приглашение другой 21 августа, а получить ответ 19 августа? (Двумя днями раньше?!?!?)

Ладно, можно признать, что это обычные опечатки. Бывает. Два дня "туда", три дня "сюда".
Это ж, чай, не "точная наука"? (И "наука" ли вообще?)
Или это "отголоски" неиспользованных цитат из документов? Где цитаты про "19 августа", про "23 августа", про "26-27 августа"? Где? Кто кому что предлагал "до того", пока не согласовали окончательную дату "23 августа"? Не имеет смысла и никакого значения? С точки зрения Мельтюхова?

Ладно, пропустим уточнения и продолжим читать дальше. Как выяснил Михаил Иванович (причем, ссылкой на самого себя – "45. Мельтюхов М.И. Указ. соч. С.86, 88, 292"), "приказ о начале скрытой мобилизации был отдан лишь поздно вечером б сентября 1939 г." К сожалению, "указ. сочинение" "автора" быстро найти не удалось (для контроля). Быстро удалось найти воспоминание бывшего в 1939 году лейтенанта-артиллериста Лукинова Михаила Ивановича с сайта "Я помню" (http://iremember.ru ):

Был неспокойный 1939 год. В Европе шла война, которая грозилась придвинуться и к нашим границам. Мне было всего 32 года, и в качестве офицера запаса меня могли вызвать в армию в любой день. Но как-то не хотелось верить, что война будет. Я работал ... в качестве инженера в своем институте Росстромпроект .... В конце лета 1939 года мне был обещан отпуск, который я собирался провести на юге, на берегу ласкового Черного моря. Но все разрушила повестка из военкомата: "Явиться с вещами". Это был удар. Я бросился в наш Баумановский райвоенкомат и стал просить разрешения сначала отгулять отпуск, а потом уже "явиться с вещами". Мне сказали сурово: "Какой тут отпуск? Вы мобилизованы. Неужели вы не знаете, что война начинается?!" Какая война? С кем? Непонятно. На следующий день "с вещами" я уже ехал в поезде "Москва-Киев".
....
Из Киева нас, группу командиров, направили в Белую Церковь, знакомую по пушкинской "Полтаве". Но мы не нашли там "тихой украинской ночи". Наоборот, шла страшная суета. Из приписного состава украинских "дядьков" спешно формировалась стрелковая (т.е. пехотная) дивизия. Меня, как артиллериста, направили в полковую батарею 306-го стрелкового полка.
....
Мы получили пушки 76-го калибра, но короткоствольные, образца 1927 года, которые перевозились двумя парами лошадей: корень и унос. Получили и конский состав. Мне досталась огромная серая верховая лошадь Кукла. Начали формировать взвода, выезжали в поле, производили учебные стрельбы, учили солдат. Полковой командир нас очень торопил, все делалось наскоро, наспех. Мы еще не окончили формирование, когда получили приказ о выходе в поход. Прозвучала знакомая команда: "В походную колонну! Взводоуправление вперед! Шагом марш!" И мы двинулись. Куда? Зачем? Про то знало начальство. А может быть, и оно не знало? Вскоре мы поняли, что нас ведут на запад, к польской границе.

Между тем политические события развивались. Германия напала на Польшу и захватила основные польские земли. Наше правительство заключило с Германией пакт о ненападении. Молотов в своей известной речи назвал Польшу "уродливым детищем Версальского договора". А западную Украину и Западную Белоруссию, некогда захваченные панской Польшей, решено было освободить. Советские войска надо было быстро бросить вперед к разделительной демаркационной линии с Германией. К этому времени мы были уже подтянуты к польской территории; и вот, поднятые по тревоге, начали переходить эту, теперь уже бывшую, границу.

Впереди прошли пехотные части нашего полка, а за ними и мы повезли свои орудия. Помню поваленный на землю полосатый пограничный столб с польским орлом, пограничное польское село с белыми аккуратными домами какой-то непривычной средневековой архитектуры, с костелом. ....

Итак, историк-профессионал Мельтюхов М.И. обвиняет историка-любителя В.Суворова в том, что тот наврал о начале мобилизации в СССР в августе 1939, которая на самом деле, якобы, началась аж 6-го сентября. Но нашлись воспоминания, подтвердившие информацию В.Суворова. "Таким образом," еще вопрос, какие приказы отдавал товарищ Сталин 19 августа 1939 года. И не только в тот день, а и в последующие. В частности, Михаил Иванович уточняет:

Пассивная позиция Англии и Франции в начавшейся Второй мировой войне позволила Советскому Союзу активизировать свою внешнюю политику в Восточной Европе и приступить к ревизии западных границ, навязанных ему в 1920 – 1921 гг. [с. 60] Т.е. "пакт" августа 1939 между СССР и Германией никакого отношения к этому процессу "ревизии" отношения не имел? Только из-за "пассивной позиции Англии и Франции"? И кстати, ревизия границ как правило происходит из-за обоюдного согласия. Или в результате войны. Или из-за угрозы силой. Приводит ли уважаемый Михаил Иванович какие-то подробности "активных действий СССР" в то время? Не приводит. Не посчитал нужным. А зачем? Видимо, все это как-то "так получились". Он ограничился выводом (с. 60-61):

Осенью 1939 – летом 1940 г. в состав СССР вошли Западная Украина, Западная Белоруссия, Карельский перешеек, Приладожская Карелия, Прибалтика, Бесарабия и Северная Буковина, общей площадью около 452 тыс. кв. км и населением в 23 млн. человек. В результате западные границы были отодвинуты от жизненно важных центров страны и были созданы новые возможности для развертывания советских вооруженных сил. Это значительно улучшило стратегические позиции и укрепило обороноспособность СССР. Таким образом, успешно лавируя между двумя воюющими блоками, советское руководство смогло значительно расширить территорию Советского Союза, вернув контроль над стратегически важными регионами, большая часть которых ранее входила в состав Российской империи и была утрачена в годы Гражданской войны в результате внешней агрессии. Поэтому события 1939—1940 гг. были в определенном смысле советским реваншем за поражения времен Гражданской войны. Кроме того, эти присоединения стали прецедентом, на который советское руководство могло ссылаться при решении проблемы послевоенного устройства Европы. В международно-правовом плане все эти территории были закреплены в составе СССР договорами 1945 – 1947 гг.

Чтение этого абзаца напомнило строчки:
- Смешались в кучу кони, люди,... [М.Ю.Лермонтов, "Бородино", ]

То, что "западные границы были отодвинуты от жизненно важных центров страны" имеет смысл только при вероятности на будущее какой-то войны. Но все относительно. Например, относительно создания (в том же будущем) новых видов оружия и средств их доставки. С этой точки зрения наверное более важно мирно договариваться с соседями, а не раздумывать о планах каких-то войн.

Во-вторых, "новые возможности для развертывания советских вооруженных сил" тоже имеет смысл для войны. Причем, в первую очередь наступательной. Ну и на кого наступление из-под Белостока было для СССР более выгодным, чем из-под Минска?

В-третьих, то что "это значительно улучшило стратегические позиции и укрепило обороноспособность СССР" – тезис спорный. Как показал 1941 год, практически все эти территории были довольно быстро утеряны. Причем, старая оборонительная линия укрепрайонов оказалась разукомплектована и не была готова, а новая оказалась недостроена и тоже не готова. Кроме того, было ликвидировано "буферное" государство ("Польша"), при наличии которого "неожиданного нападения" Германии на СССР вообще не могло быть.

В-четвертых, возможность "успешно лавировать между двумя воюющими блоками, для советского руководства" появилась именно в результате действий его же в августе 1939. Еще до возникновения "воюющих блоков".

В-пятых, странно выглядит пассаж: "Советский Союз вернул контроль над стратегически важными регионами, большая часть которых ранее входила в состав Российской империи и была утрачена в годы Гражданской войны в результате внешней агрессии." Извините, "Российская империя" была ликвидирована не в результате "внешней агрессии", а в результате "Великой Октябрьской социалистической революции" в октябре 1917 (по старому стилю). И сам Ленин отказался признавать международно-правовую и прочую деятельность бывшего царского и бывшего "временного" правительства. Поэтому заявлять, что "события 1939—1940 гг. были в определенном смысле советским реваншем за поражения времен Гражданской войны" по меньшей мере некорректно. Ибо сама "Гражданская война" возникла в результате "некоторых действий" того же "советского правительства". И тут возникает проблема. Если "советское правительство" признает легитимность бывшей "царской власти" и власти "временного правительства", то возникает вопрос легитимности появления самого "советского правительства".

А последнее "объяснение" в этом абзаце вообще не имеет какого-либо логического смысла. Наверное, так, "чтобы было". Но более подробно объяснять все же надо. Одни выводы все же как-то странно выглядят. Где же обоснования? Вот дальше [на стр. 61-63] Михаил Иванович и попытался хоть что-то хоть как-то объяснить:

Были ли действия СССР в отношении Польши, Финляндии, стран Прибалтики и Румынии агрессией?

Как видим, о возможной роли "пакта" августа 1939 для этих действий не говорится ни слова. А наблюдается попытка увести разговор в сторону. В частности, поговорить о термине "агрессия". И для начала Мельтюхов приводит длинную цитату определения этого термина:

Согласно конвенции об определении агрессии 1933 года, предложенной именно советской стороной, агрессором признавался тот, кто .... [с. 61]

И при этом никаких ссылок. Что за "конвенция"? Была ли принята? Кем, где? В 1-м томе БСЭ (3-го издания) в статье про "Агрессию" говорится:

Определение Агрессии. Инициатива разработки определения А. принадлежит СССР. 6 февр. 1933 на Конференции по разоружению (в Женеве) Советское пр-во представило проект Декларации об определении нападающей стороны, при составлении к-рого СССР исходил из того, что запрещение А. может превратиться в пустую фразу, если заранее не будет чётко определено понятие А., т. е. какие действия гос-в запрещены и представляют собой акт А. Советский проект предусматривал, что нападающей стороной ....

Советское определение А. получило широкое междунар. признание, хотя Конференция по разоружению была сорвана империалистич. гос-вами и конвенция об определении нападающей стороны не была принята. Это определение легло в основу Лондонских конвенций об определении А., заключённых СССР в 1933 с 11 соседними гос-вами, а также оказало влияние на ряд междунар. соглашений, заключённых другими гос-вами (напр., Межамер. договор о ненападении и согласительной процедуре 1933, Межамер. конвенция о невмешательстве 1936). Пакт о Балканской Антанте 1934 прямо ссылался на определение А., содержащееся в Лондонских конвенциях 1933. Советское определение А. сыграло важную роль в борьбе за междунар. мир и безопасность и явилось крупным вкладом в прогрессивное развитие междунар. права. На Нюрнбергском процессе над главными военными преступниками это определение было признано "одним из наиболее авторитетных источников международного права".

И какой же вывод делает из всего этого Михаил Иванович? Он как бы соглашается: "Исходя из содержания конвенции, получается, что Советский Союз совершил агрессию против Польши и Финляндии." Но следом уточняет: "Однако в отношении стран Прибалтики единственным действием Москвы, которое подпадало под действие этой конвенции, было введение военно-морской блокады региона. Вступлению же советских войск на территорию Эстонии, Латвии и Литвы предшествовали дипломатические переговоры, завершившиеся согласием прибалтийских правительств с советским вариантом решения проблем в двусторонних отношениях. В отношении Румынии СССР вообще не совершал действий, подпадающих под действие этой конвенции. Не говоря уже о том, что применение термина “советская агрессия” к оккупированной Румынией территории Бессарабии вообще невозможно. Северная Буковина была передана Советскому Союзу в результате переговоров."

И практически на этом все.

Ну, признал историк Мельтюхов "агрессивными" действия СССР в отношении Польши и Финляндии. Ну и что? Это каким-то боком подтверждает или опровергает "вранье" В.Суворова? Наверно, надо догадаться, что тем самым как бы можно заключить, что СССР вообще-то и не помышлял распространения советской системы на соседние государства, о чем где-то "наврал" В.Суворов? А разве в присоединенных территориях был сохранен капиталистический строй? И достаточно ли одной фразы о том, что эти присоединения произошли в результате переговоров? А если все же коснуться того, каким образом проходили те "переговоры"? Как нарком Молотов к полуночи вызывал к себе послов тех стран и ставил их перед фактом ввода советских войск на территорию стран тех послов утром следующего дня. И что могли ответить послы в условиях "пассивности Англии и Франции", отгороженных "пассивной" Германией? Мельтюхов все это вспоминать не стал. Видимо, посчитал не очень важным. Он только посчитал важным привести несколько мнений:

Как справедливо отметил А. Тэйлор, "права России на балтийские государства и восточную часть Польши (а тем более Бессарабию. — М.М.) были гораздо более обоснованными по сравнению с правами Соединенных Штатов на Нью-Мексико" (48). В этом смысле невозможно не присоединиться к мнению Н.М. Карамзина: "Пусть иноземцы осуждают раздел Польши: мы взяли свое" (49). В итоге Советскому Союзу вновь удалось совместить политическую и геополитическую границы между "Западной" и "Российской" цивилизациями, как это уже имело место в конце XVIII века (50). Совершенно очевидно, что это был большой успех советской внешней политики. [с. 63]

Странные ссылки. В какой-то мере с этим и можно было бы согласиться. Если бы давно было бы признано мнение, что введение "коммунистических порядков" в России в 1917 году тоже было большим успехом "Российской цивилизации". И если бы они в 1991 году не исчезли. Почему исчезли, кто виноват – это другой вопрос. Но представлять дело так, что "советское правительство" в 1939-1940 годах продолжало какую-то общую многолетнюю политику "российской цивилизации" по меньшей мере не совсем научно. Это больше похоже не на науку, а на пропагандистские комиксы по простому объяснению того, как "правильно понимать историю".

Вот и все, что попытался объяснить Михаил Иванович в связи с ролью "пакта" августа 1939 и последовавших за ним событий. Объяснения, мягко говоря, ну очень краткие и как они "убедительно развенчивают ложь В.Суворова" не совсем понятно. Но Михаил Иванович посчитал их вполне достаточными и дальше переходит к обсуждению следующего "вранья" В.Суворова – тезиса о "превентивной войне" Германии против СССР [с. 63-64] :

Пытаясь обосновать тезис о "превентивной войне" Германии против СССР, В. Суворов много и излишне эмоционально пишет о развитии советских вооруженных сил и начале их развертывания на Западном театре военных действий (ТВД) в мае 1941 г. Правда, он старательно обходит молчанием вопрос о том, почему советское руководство не должно было совершенствовать Красную Армию? Ведь совершенно очевидно, что начавшаяся Вторая мировая война не только давала новые возможности для расширения советского влиянии на мировой арене в результате ослабления воюющих государств, но и резко обострила угрозы безопасности Советского Союза. Собственно, точно такой же процесс развития вооруженных сил в это же время шел не только в воевавших между собой Англии, Германии и Италии, в воевавшей в Китае Японии, но и в нейтральных США. Никакой принципиальной разницы в действиях Вашингтона, Лондона, Берлина, Рима, Москвы и Токио в этом отношении нет, но, видимо, Советскому Союзу нельзя делать то, что делают другие великие державы. Как, впрочем, нельзя и беспокоиться об обеспечении своей безопасности. Хотя совершенно очевидно, что древнеримская максима "хочешь мира — готовься к войне" не устарела даже сегодня, не говоря уже о периоде Второй мировой войны.

С одной стороны, "возмущение" Мельтюхова вроде бы имеет смысл. Да только... опять и опять разные "моменты" меняются местами. Что-то умалчивается, что-то, наоборот, выпячивается. Например, что означает "совершенствование Красной Армии"? До каких пределов? Ведь этот процесс очень относителен. Например, у нас 5000 танков, а у соседей 2000. Надо ли нам изготовить еще 20000 танков? Или требуется еще 35000 танков? Где критерии? Есть? Почему не отражены? Почему нельзя этот тезис показать с цифрами, со сравнением? Где доказательства? Достаточно одного "слова" Михаила Ивановича? И все?

И кстати, насчет тезиса "видимо, Советскому Союзу нельзя делать то, что делают другие великие державы. Как, впрочем, нельзя и беспокоиться об обеспечении своей безопасности. "

Между прочим, в том определении "агрессии", которое предлагал сам же СССР еще в 1933 году, говорится (по информации БСЭ, том 1): "В случае же мобилизации или сосредоточения каким-либо государством значительных вооруженных сил вблизи границ другого гос-ва последнее должно было обратиться к дипломатическим или иным средствам мирного урегулирования конфликта, а также приобретало право принять ответные меры военного характера, не переходя, однако, границ".

Может возникнуть вопрос: видело ли "советское правительство" мобилизацию или сосредоточение Германией значительных вооруженных сил вблизи своих западных границ в начале 1941 года? Если видело, то почему не обратилось к дипломатическим или иным средствам мирного урегулирования конфликта? Между прочим, есть документ, который показывает, что в какой-то мере видело, но угрозу себе совершенно не ощущало – "Сообщение ТАСС от 13 июня 1941 года". Но извините, а зачем тогда "начинать развертывать советские вооруженные силы на Западном театре военных действий (ТВД) в мае 1941 г."? Т.е. "угроза безопасности СССР" была, но руководители СССР ее не видели, но видели? Одновременно, что ли? И это совершенно очевидно?

"Столь же очевидно, что по мере ухудшения советско-германских отношений, начавшегося после переговоров в Берлине в ноябре 1940 г., советское руководство не могло не задумываться над необходимостью военного обеспечения безопасности страны." [с. 64]. Извините, 13 июня 1941 года ТАСС громогласно заявило на весь мир, что Германия нападение на СССР не готовит!!! И если это было очевидно понятно "советскому правительству" в июне 1941, то почему оно должно было задумываться о чем-либо ином еще в ноябре 1940 года? А по каким направлениям "ухудшались советско-германские отношения"? Нельзя ли уточнений? В чем была причина? Разве не было возможности урегулировать их путем переговоров? Есть объяснения в статье Михаила Ивановича?

На этот вопрос возможен только один ответ: в его статье они полностью отсутствуют. Получается, что профессионального историка очередной принципиальный момент опять почему-то не заинтересовал! Зато дальше на нескольких страницах он подробно объясняет совершенно удивительный тезис (если его рассматривать с позиции и советской историографии и позиции многих противников В.Суворова)
[с. 64-72]:

Введенные в последние годы в научный оборот советские дипломатические и военные документы 1939—1941 гг. показывают, что никакие внешнеполитические зигзаги не мешали советскому руководству рассматривать Германию в качестве вероятного противника и тщательно готовиться к войне. Советская стратегия основывалась на классическом принципе: "Нападение — лучшая оборона!" Основная идея советского военного планирования заключалась в том, что Красная Армия под прикрытием развернутых на границе войск западных приграничных округов завершит сосредоточение на ТВД сил, предназначенных для войны, и перейдет во внезапное решительное наступление, нанеся удар по сосредотачивающимся у советских границ германским войскам. Сегодня совершенно очевидно, что "наступательный план — это оптимальное решение задачи обороны страны для СССР" (51).

Вот это да-а-а!!! Как это? Многие десятилетия в СССР даже и не заикались о том, что Советский Союз готовил нападение на Германию в 1941 году! Никогда! Да и масса возникших противников В.Суворова в своих статьях и в книгах (в том числе и в том же сборнике "НЕПРАВДА ВИКТОРА СУВОРОВА-2") неоднократно подчеркивали то, что СССР на лето 1941 года нападение на Германию НЕ ГОТОВИЛ!!! И вдруг один из противников В.Суворова сам (!!) (так и хочется добавить: "в здравом уме") заявляет, что СССР нападение на Германию готовил! И еще более странно, что историк-профессионал в этом вопросе почему-то ссылается не на серьезные историко-научные издания, а на книгу любителя Алексея Исаева (51. Исаев А. В. Георгий Жуков. Последний довод короля. М.,2006. С.98.)

Извините, а разве в серьезной современной российской науке "истории" это объяснение официально признано? Нельзя ли ссылочку? Но нет у Михаила Ивановича такой ссылки. Поэтому ему приходится довольно подробно на нескольких страницах [стр. 65-72] доказывать, что СССР готовил военное нападение на Германию летом 1941 года. Единственное различие с "враньем" В.Суворова по этому же тезису у Мельтюхова наблюдается в одном расхождении: если В.Суворов "наврал", что советское наступление планировалось начать 6 июля 1941, но М.Мелтюхов "убедительно доказал", что "не ранее 15 июля 1941 года":

Понятно, что и Германия, и Советский Союз тщательно готовились к войне, причем с начала 1941 г. этот процесс вступил в заключительную стадию, что делало начало советско-германской войны неизбежным именно в 1941 г., кто бы ни был ее инициатором. Первоначально вермахт планировал подготовить вторжение к 16 мая, а Красная Армия — к 12 июня 1941 г. Затем Берлин отложил нападение, перенеся его на 22 июня, месяц спустя то же сделала и Москва, определив новый ориентировочный срок завершения военных приготовлений – 15 июля 1941 г. Как ныне известно, обе стороны в своих расчетах исходили из того, что война начнется по их собственной инициативе. Однако, поскольку в своих расчетах стороны исходили из разных сроков начала войны, германскому командованию в силу случайного стечения обстоятельств удалось упредить советские войска в завершении развертывания и тем самым создать благоприятные условия для захвата стратегической инициативы в начале войны (62). [с. 69-70]

И при этом ссылку Михаил Иванович дает странную: "62. См. также: Магенхаймер X. Стратегия Советского Союза: наступательная, оборонительная, превентивная?// Правда Виктора Суворова-2. Восстанавливая историю Второй мировой войны. М.,2007. С.126—127." А где же ссылки на серьезные официальные работы современных российских историков? Где? Писать статью в опровержение сборников "ПРАВДЫ ВИКТОРА СУВОРОВА" и ссылаться на них же как на правильную информацию? Бред полный!

Не менее удивительным является еще один пассаж Михаила Ивановича [на стр. 70]:

Вместе с тем, анализируя подготовку Советского Союза к войне с Германией, следует помнить, что мы исследуем незавершенный процесс. Поэтому выводы относительно действительных намерений советского руководства носят в значительной степени предположительный характер. К тому же подготовка нападения не тождественна самому нападению. Ведь, насколько известно, несмотря на подготовку к войне с Германией, Кремль вплоть до 22 июня 1941 г. так и не принял решения об использовании военной силы для отстаивания своих интересов. Конечно, дальнейшее рассекречивание и введение в научный оборот материалов последних месяцев перед германским нападением, вероятно, позволит более точно реконструировать намечавшиеся действия советского руководства. Однако вполне возможно, что по некоторым аспектам этой проблемы получить однозначный ответ не удастся никогда.

Невероятно! С окончания той войны уже прошло 63 года! (К моменту написания этой статьи в мае 2008), а оказывается, что какой-то массив "материалов последних месяцев перед германским нападением" до сих пор не рассекречен и не введен в научный оборот! А они были или делается вид, что их не было? А вот для контроля можно открыть второй том "Малиновки" и посмотреть на номера документов различных высших органов управления СССР перед 22 июня 1941:

N: 558. ЗАПИСКА НАЧАЛЬНИКА ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ ГЕНЕРАЛА АРМИИ ЖУКОВА НАРКОМУ АВИАЦИОННОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ [СССР]
N: 567240сс
16 июня 1941 г.

N: 559. СООБЩЕНИЕ НКГБ УССР В НКГБ СССР О СООРУЖЕНИИ БОМБОУБЕЖИЩ В РУМЫНИИ
N: 213861
16 июня 1941 года

N: 560. ЗАПИСКА А.И. МИКОЯНА В СНК СССР И ЦК ВКП(б) И. В. СТАЛИНУ
N: 21125
16 июня 1941 г.

N: 563. ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ СНК СССР И ЦК ВКП(б) "ОБ УСКОРЕНИИ ПРИВЕДЕНИЯ В БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ УКРЕПЛЕННЫХ РАЙОНОВ"
N: 1626-686сс
16 июня 1941 г.

N: 564. ЗАПИСКА НАЧАЛЬНИКА ЗАКАЗОВ ВООРУЖЕНИЯ ГУ ВВС КА ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА АВИАЦИОННОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ СССР БАЛАНДИНУ
N: 216116с
17 июня 1941 г.

N: 565. ИЗ ПРОТОКОЛА СОВЕЩАНИЯ ЗАМЕСТИТЕЛЕЙ НАРКОМА АВИАЦИОННОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ ОТ 16 ИЮНЯ 1941 г.
N: И-15/4327
17 июня 1941 г

N: 575. ПОСТАНОВЛЕНИЕ СНК СССР И ЦК ВКП(б) "О МАСКИРУЮЩЕЙ ОКРАСКЕ САМОЛЕТОВ, ВЗЛЕТНО-ПОСАДОЧНЫХ ПОЛОС, ПАЛАТОК И АЭРОДРОМНЫХ СООРУЖЕНИЙ"
N: 1711-724сс
19 июня 1941 г.

N: 588. РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНАЯ СВОДКА НКГБ СССР О ВОЕННЫХ ПРИГОТОВЛЕНИЯХ ГЕРМАНИИ
N: 1510
20 июня 1941 г.

N: 573. ИЗ ЗАПИСКИ НАРКОМА ГОСБЕЗОПАСНОСТИ СССР И. В. СТАЛИНУ, В. М. МОЛОТОВУ И Л.П.БЕРИЯ О МАССОВОМ ОТЪЕЗДЕ ИЗ СССР СОТРУДНИКОВ ГЕРМАНСКОГО ПОСОЛЬСТВА И ЧЛЕНОВ ИХ СЕМЕЙ, И ОБ УНИЧТОЖЕНИИ АРХИВОВ ПОСОЛЬСТВА
N: 2294/М
18 июня 1941 года

N: 593. ЗАПИСКА ЗАМ. НАРКОМА ГОСБЕЗОПАСНОСТИ СССР Б.З.КОБУЛОВА С СООБЩЕНИЕМ АГЕНТУРНЫХ ДАННЫХ
N: 2411/M
20 июня 1941 года

Одних только "ЗАПИСОК" из НКГБ Сталину с 1 января 1941 до 22 июня 1941 было под 2500. "ПОСТАНОВЛЕНИЙ СНК СССР И ЦК ВКП(б)" под 2000. Документов ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ под 600 тыс. В "Малиновке" опубликована маленькая часть. Где остальные? Понятно, коль Мельтюхов доказал, что в СССР оборона от внезапного нападения сильнейшей армии империализма летом 1941 года не готовилась, то в них скорее всего шла речь о подготовке нападения... э-э-э-э, извините, "наступления". Ну так какие проблемы постепенно не ввести их все в научный оборот? Чтобы за прошедшие свыше 60 лет рассекретить 600 тыс. документов Генштаба, достаточно было бы каждый год рассекречивать 10 тыс. Или 833 в месяц. Или около 40 каждый рабочий день. Хватило бы озадачить одного работника архива. И пусть историки зачитываются ими и сочиняют свои объяснения, так сказать, высокого научного уровня. Зачем ждать косвенных разоблачений каких-то любителей? И годами пытаться изобличить их "вранье" "на пальцах"! Извините, "на пальцах" серьезных разоблачений подготовить не получится чисто технически. А если обмениваться одними выводами, то дискуссии рискуют растянуться на бесконечно долгое время. Вот и в своей статье Михаил Иванович, посетовав на нехватку документальной источниковедческой базы, переходит к следующему (странному) выводу:

Кроме того, следует обратить внимание еще на одну сторону этого вопроса. Никто никогда не отрицал, что СССР готовился к войне с Германией. Понятно, что ... [с. 71]

Извините, как это? Да в том же самом сборнике "НЕПРАВДА ВИКТОРА СУВОРОВА-2" вся большая статья В.Веселова "ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ОТ ПРОТИВНОГО" базируется на идее того, что качество и количество советских танков только и доказывает, что СССР летом 1941 собирался ОБОРОНЯТЬСЯ, а не наступать на кого-либо:

Вам может показаться, что все изложенные мной выше соображения по поводу "оборонительных" и "наступательных" тяжелых танков не более чем игра ума. Не спорю, но основана она на знаменитом тезисе В.Суворова – оружие бывает оборонительное и наступательное. Если же признать, что почти любое оружие можно использовать и для обороны, и для нападения, закрадывается крамольная мысль: а может быть, Советский Союз все же собирался обороняться? А танков у него было так много потому, что уж больно длинная сухопутная граница. [с. 365]

В одной статье одного и того же сборника один автор доказывает, что СССР летом 1941 г. сознательно и планомерно готовил наступление на Германию (не раньше 15 июля 1941), а в другой все обоснования направлены на совершенно противоположный вывод! Невероятно! Допустим, авторы сборника не читали статей друг друга, но составитель же должен был же их перечитать и как-то состыковать по смыслу?!?! Или это вариант "прикола" над читателями?

Но продолжим чтение статьи Михаила Ивановича. Мы остановились на том, что что-то "понятно". Всем? В более полном виде это звучит так:

Понятно, что наиболее выгодным для Москвы было нанесение внезапного удара по противнику. [с. 71] Может, Мельтюхову и "понятно", но оказывается, что другому автору того же сборника (В.Веселову, да и видимо, редактору-составителю Г.Пернавскому) это совершенно НЕ ПОНЯТНО!!! В.Суворов это понял уже давно. И давно уже пытался изложить эту "совершенно понятную" мысль в своих книжках еще лет 20 назад. Так что же он "наврал"? Может, он предвзято отнесся к такому плану действий советского руководства? В смысле, изложил не как "законное право", а как какие-то "преступные действия"? Читаем Михаила Ивановича дальше [с. 71-72]:

Совершенно очевидно, что обвиняющий советское руководство за подготовку к подобным действиям В. Суворов абстрагируется от исторической реальности 1941 г. Однако, если не закрывать на нее глаза, то возникает вполне резонный вопрос, почему Советский Союз не должен был готовить нападение на Германию? Что, Германия была большим другом советского народа? Или Гитлер и Сталин были близнецы-братья? Ведь в тот момент именно Германия являлась наиболее серьезной угрозой не только для внешнеполитических интересов Советского Союза, но и для самого существования Советского государства и населяющих его народов. Поэтому советское руководство не только имело полное право, но и обязано было предпринять все доступные для него меры, которые позволили бы максимально эффективно нанести поражение своему противнику.

Ну почему СССР "не должен был готовить нападение на Германию"? Германия – враг? Мельтюхов доказал? А в каком году? В 1941-м? А в 1940-м кем была? Была "другом"? До ноября 1940? А в 1939-м? А в 1938-м? Почему в 1938-м СССР готов был воевать с Германией (за Чехословакию), а в 1939-м "побоялся"? Ведь если в 1941-м Германия оказалась сильнейшим противником, то какой был смысл давать Гитлеру 2 (два) года для подготовки? Зачем? Чтобы он загробастал всю промышленность Западной и Центральной Европы? И скопил достаточно военных припасов? Чтобы потом с июня 1941 г. СССР потратил бы четыре года на потерю своей же территории и большой кровью вернул бы ее назад? Где логика? Есть?

Как показало прочтение статьи Мельтюхова выше, с логикой в ней есть, мягко говоря, ряд проблем. Вот и в ее конце он опять попытался придраться к пониманию очередного термина [с. 72-73] :

Однако все эти советские военные приготовления на самом деле не имеют к вопросу о "превентивной войне" со стороны Германии никакого отношения. Дело в том, что превентивная война — это "военные действия, предпринимаемые для упреждения действий противника, готового к нападению или уже начавшего таковое, путем собственного наступления" (64),... (64. Цит. по: Семиряга М.И. Тайны сталинской дипломатии. 1939—1941. М.,1992, С.283.)

"Один ошибся, другой ошибку распространяет..." Каким образом "превентивная война" является "военными действиями, предпринимаемыми для упреждения действий противника, ... уже начавшего военное наступление"? Извините, попытка обеих сторон решить свои военные задачи наступлением называется по-другому: "ВСТРЕЧНЫЙ БОЙ". И если одна страна уже начала боевые действия, то ни о каком "превентивном наступлении" другой на нее речь не может идти. Никак! Этот вариант можно смело отбросить. Остается первое: "превентивная война — это "военные действия, предпринимаемые для упреждения действий противника, готового к нападению, путем собственного наступления". Но строго говоря, в таком виде это объяснение можно назвать "узким" или "тактическим", когда обе стороны отработали собственные планы по военной подготовке (стратегически) и вопрос доходит уже до "технической" даты начала. Например, на Курской дуге 5 июля 1943 советское командование приняло решение провести превентивную контр-артподготовку. Но в наступление советские войска не пошли. Дождались, что первыми начнут немцы. Но стратегически обе стороны готовились к летним боям задолго до июля 1943. Поэтому можно рассматривать "стратегическую" превентивность и "тактическую". И вот в завершение своей статьи на стр. 72-75 Михаил Иванович решил поспорить о понимании термина "превентивность", смешав два понимания в одно. Естественно, при таком подходе понимание, какой из них более правильный, оказывается спорным. Но Мельтюхов настаивает на своем:

Поэтому для доказательства своего тезиса В. Суворову следовало обратиться к германским документам и на их основе показать, что в Берлине ужасно опасались советского нападения. Однако он избегает обращаться к германским документам, поскольку они свидетельствуют, что в Берлине воспринимали СССР лишь как абстрактную потенциальную угрозу, а подготовка "Восточного похода" совершенно не была связана с ощущением "непосредственной опасности, исходящей от Красной Армии" [с. 72]

Конечно, если бы "СССР" существовал сам по себе, а "Красная Армия" – сама по себе и никакого отношения к "СССР" не имела, то такое замечание, возможно, и могло быть серьезным научным. Но так как "Красная Армия" была инструментом политики "СССР", то как можно не связывать "подготовку "Восточного похода" с "потенциальной угрозой" "СССР"?

Можно их рассматривать по отдельности? Но Михаил Иванович не посчитал нужным углубляться в подробности. Зачем? Свои, скорее даже не столько рассуждения, сколько готовые выводы, он завершает следующим "пассажем" [с. 74]:

Укоренению идеи "Восточного похода" в германском руководстве способствовало и то, что германская разведка имела чрезвычайно скудные данные о советских вооруженных силах и оценивала Красную Армию по результатам боев советско-финляндской войны. В условиях переоценки собственных сил вермахта, столь быстро сокрушившего французскую армию, был сделан вывод о слабости советских вооруженных сил. То есть в Берлине сложилось мнение, что Советский Союз является не только ключевым звеном в стратегии будущей победы в войне с Англией, но и довольно слабым противником, разгром которого позволил бы Германии переломить ход войны в свою пользу.

Самое смешное заключается в том, что в вопросе о "превентивной войне" В. Суворов сам себя опровергает. Процитировав два варианта высказывания Гитлера от 4 августа 1941 г. о том, что “если бы я знал, что Россия так сильно вооружена, мне было бы куда труднее решиться на этот поход”, он делает вывод, что "Гитлер ничего не знал о мощи Красной Армии" (69). В результате сторонник тезиса о "превентивной войне" Германии против СССР попадает в глупое положение, пытаясь доказать, что Гитлер решил сорвать советское нападение, о подготовке которого он на деле ничего не знал. Собственно, на этом спор относительно лживой версии о "превентивной войне" Германии против Советского Союза можно считать законченным.

Извините, а почему столь безапелляционно вдруг смешиваются два разных понятия? Разве "мало знать о мощи чьей-то армии" это тоже самое, что знать о "планах ее командования"? А если то командование тоже мало знало о мощи армии "первой" страны? Но тоже что-то готовило? И еще вопрос, насколько можно верить словам самого Гитлера. Извините, самому Гитлеру вылазить из окопов в атаку не требовалось. Ему надо было заставить это делать других. Ну а тут полезными могут оказаться разные "высказывания". Скажем, в 1942-м Гитлер заявлял, что ему нужна нефть Грозного. А если он до нее не дойдет, то ему придется прекратить войну. До Грозного Гитлер дошел. Но к началу 1943 он все это потерял. И что? Он прекратил войну?

Таким образом, мы видим, что базовые тезисы В. Суворова являются откровенной ложью, позаимствованной из арсенала либерально-западнической пропаганды, основной задачей которой является очернение истории Советского государства. [с. 74-75]

Странно, таким образом оказывается, что уважаемый историк-профессионал М.Мельтюхов "отбеливает" историю "Советского государства"? (Которое "приказало долго жить" уже почти два десятка лет назад?) Зачем? "Советскому государству" от этого станет легче?

Понятно, что в рамках подобного подхода Москве отказывают в праве не только отстаивать, но даже и просто иметь свои собственные интересы на мировой арене. [с. 75]

При чем здесь это? Извините, так что рассматривает "историк" Мельтюхов? "Историю"? Или какие-то общественно-политические "реалии современности"? Или вопросы патриотического воспитания? На базе "социалистического реализма"? Так о чем идет речь?

Прежде всего, это связано с тем, что Советский Союз "был уникальной, не предусмотренной Западом для других народов перспективой самостоятельного прогресса и приобщения к стандартам развитости. Западная цивилизационная дихотомия: Запад и остальной мир. Запад и варварство, Запад и колониальная периферия — была впервые в истории нарушена для гигантского региона Евразии" (70).
[с. 75]

Лихой вывод! И абсолютно всем понятный! Лично мне, например, помнится, что "Советский Союз" вообще-то был "первым в мире государством рабочих и крестьян" и боролся "за победу коммунизма во всем мире". Получается, что некоторые современные историки этих всем известных в то время "реалий" касаться не желают? И вольны делать выводы какие угодно? А "какие угодно"?

Совершенно очевидно, что история Советского государства и в дальнейшем будет объектом ненависти со стороны либерально-западнической пропаганды и ее российских подголосков, которые являются "агентами влияния" Запада в его традиционной информационно-психологической войне против России и стараются блокировать любые непредвзятые попытки осмысления исторической судьбы нашей Родины, ее положения в мире, а также возможностей ее сохранения и развития. [с. 75, конец статьи].

Итак, Мельтюхова почему-то сильно волнует не история как таковая, а "попытки очернения" истории "Советского государства", которое в 1917 году уничтожило "Российскую империю", а в 1991 само исчезло "тихо, по-английски". Чего ж тут "очернять", если "нормальная страна" просто так сама по себе не исчезает? А коль исчезла, то это означает, что в такой стране все же что-то было "ненормально". Чего замалчивание грозит очередным повтором "ненормальности" в таком или в каком-то другом виде. Так имеет ли смысл охранять эти ненормальности? По Мельтюхову получается, что имеет.

Кроме того, таким образом, мы видим, как один историк в самом начале своей работы обвинил другого в использовании умолчаний или бездоказательных утверждений. А затем обильно использовал эти же методы в этой же своей работе. Вот такая получается "наука", однако...

03/05/2008

Home ]